Кассир в супермаркете – нечеловеческая работа, это работа для робота, для машины. Подходишь расплачиваться, она говорит «здравствуйте», но она не здоровается! Просто произносит слово «здравствуйте». Компьютер, когда включается, пишет «привет» - он тоже не здоровается, а просто пишет то, что в него вложили. Так и она не здоровается.

Я пишу «она», потому что ни разу мне не попадался кассир-мужчина, не знаю, чем это обусловлено. Может негласный договор внутри гильдии кассиров, может, и дискриминация мужчин по половому признаку; может, просто хожу в «женские» супермаркеты.
Но вернемся на кассу. Она «пропикивает» мои продукты и другие потребительские блага, потом говорит «карточка есть», не спрашивает – говорит. Тут женщина ожидает услышать «да» или «нет», т.е. двоичный код: «1» или «0». На «1» кассир делает скидку, на «0» не делает. Далее прием денег, сдача и обязательное «приходите еще».
Следующий покупатель - цикл начинается сначала.
А почему не заменить этих женщин на кассах автоматами, на подобие банкоматов или тех, что принимают деньги за телефон? На каждом шагу стоят большие и дружелюбные автоматы, что кофе и шоколадки с сухариками выдают за деньги. Почему и на каждую кассу не посадить по автомату? В общем, не дороже, чем содержать живую машину, да и как-то опрятнее.
Может, таких аппаратов не делают из чувства гуманности, человеколюбия? У меня в районе сотня типовых магазинов «самообслуживания», в городе их тысячи, тогда кассиров десятки, а может, и сотня тысяч. Нет, если их лишить работы – не умрут с голода, в Питере рабочих рук остро не хватает, но они перестанут быть кассирами. Стиральная машина, когда поласкает белье или отжимает что-то – не думает, просто функционирует. Так и за кассой можно сидеть и просто функционировать. Нет задач, проблем, целей, дилемм, но безмятежность, спокойствие, механическая гармония.
Поменяй кассиров машинами - и такая туча людей станет несчастными, потеряют опору, внутренний стержень. Придется думать, выбирать, решать, размышлять, лепить ошибки.
Нет, надо открывать все больше и больше гипермаркетов, чтобы было больше касс, чтобы можно было больше людей осчастливить, тех, что рождены или воспитаны быть кассирами.
Жаль. Жаль, что я не рожден быть кассиром. «Здравствуйте. Есть карточка? Приходите к нам еще», - а в голове пустота, гармония, счастье!

Такие несерьезные мысли крутились в моей голове. А что если поговорить с кассиром, с какой-нибудь абсолютно конкретной женщиной из супермаркета, в котором постоянно закупаюсь? С настойчивым желанием узнать: как это - быть продавцом, отправился в универмаг.  С помощью убедительных слов, умоляющего взгляда и большой шоколадины, купленной тут же, добился своего. Наша героиня – работница кассы № 7, Екатерина Александровна. В одиннадцать вечера, по окончании рабочей смены, дама в куртке с гигантским капюшоном из искусственного меха покинула магазин. Я нагнал Екатерину Александровну, напомнил о договоренности и  задал первый вопрос:
-   Касса – минимум личного пространства, взгляд постоянно  упирается в полочки с шоколадками и жвачкам и, над головой пластиковый короб с сигаретами. День за днем одни и те же действия, обстановка, мягко говоря, не надоела?
-   Честно, осточертела обстановка. Особенно последние два часа рабочего дня – невыносимое время: пальцев больше, чем покупателей. Ничего не происходит, скукота. Время еле тянется. Смотришь на часы, вроде секунды идут в обычном темпе, потом отвлечешься, поделаешь что-то и, кажется, полчаса прошло, а то и минут сорок. Поглядишь на стрелки: блин, 7 минут отщелкало! В конце смены пятиминутка как пятилетка переживается.
-   Назовите самую скучную профессию.
-   В метро сидеть, в будке у эскалатора. А вы знаете, как эти женщины рады, когда нарушители общественного порядка ставят сумки на поручни или безобразничают на эскалаторе! У тетки в будке появляется повод поговорить с кем-то, появляется конкретный живой собеседник, происходит событие. Больше событий – рабочий день быстрее проходит.
Екатерина Александровна замолчала, а ее мысль продолжила развиваться у меня в голове. Нарисуйте мысленно картинку: ты сидишь на тесном стуле, через оргстекло видно, как течет толпа. И ты уже лет 37, с перерывом на выходные и ежегодные отпуска, наблюдаешь это течение. На такой работе время еле плетется, минута идет за десять.
Теперь такая картинка: женщина бежит вниз по эскалатору, прыгает через ступеньку – опаздывает, времени ей никак не хватает. Она пробегает мимо будки из пластикового стекла, а там вторая тетушка, у которой минута рабочего времени идет за десять, которая за 37 лет рабочего стажа прожила 370 лет. Нет, не философский камень дает бесконечную жизнь - такая работа тормозит время, почти останавливает...

-   Кем вы мечтали или просто очень хотели стать в детстве?
-   До десяти лет носилась с идеей стать ветеринаром. У нас в семье кот был, очень умный. А в десять лет целенаправленно стала мечтать о замужестве.
Мечта сбылась, дважды. Но теперь у Екатерины Александровны дочь, два штампа в паспорте о разводе и та же мечта в душе – замуж.
-   Кем бы вы хотели работать сейчас?
Задал открытый вопрос, без ограничений. Тут можно помечтать о любой профессиональной позиции: балериной решить стать, космонавтом, а то и владычицей морской.
-   Хочу быть заведующей магазином, точнее главным администратором. Свободный график: ходишь, делаешь замечания персоналу, выбираешь, кому премию начислить, а кого вынудить написать «по-собственному».
-   «Мотив власти» Адлера не приходилось читать?
-   Без этого знаю все, что надо знать.
Да, занесло меня с вопросом; что за снобизм? Стало неловко.
-   Не было желание все бросить и исполнить детскую мечту, стать ветеринаром?
-   Знаете, почему я в десять лет резко решила мечтать о замужестве? Мой кот сильно заболел, очень сильно, и я узнала, что в ветклинике животных усыпляют.
Невинный вопрос, а напоролся на сильное детское переживание. Теперь легко избавиться от чувства не удастся, оно заняло во мне ключевые позиции: «мосты и телеграфы», так сказать.

Гуляем около магазина. Темно, поэтому Екатерина Александровна просит меня не отходить слишком далеко от хорошо освещенного универмага. Видимо,  не произвожу впечатление каменной скалы, за которой можно спрятаться от хулиганов и прочих неприятностей.
-   В выходные дни не заходите на работу?
-   Захожу, конечно.
-   Что? Что заставляет вас в выходные дни приходить в эту надоевшую обстановку, туда, откуда так рветесь уйти в конце рабочего дня?
-   Во-первых, продуктов купить. А еще, чтобы придти в этот магазин как человек: в красивой одежде, а не в уродливой корпоративной рубашке. Честно говоря, когда стою перед девчонками – коллегами по другую сторону кассы, получаю необъяснимое удовольствие. Часто специально копаюсь в кошельке, выбираю шоколадки у движущейся ленты – все, только чтоб подольше постоять по ту сторону кассы.
-   По ту сторону добра и кассового аппарата.
Екатерина Александровна посмотрела не меня рассеяно, как-то непонимающе, и продолжила смотреть на меня.
-   Какие планы на будущее?
-   Стать администратором магазина, потом главным администратором.

Начался несильный дождик, но уже холодный. Сели на скамеечку под козырьком у того же универмага. Екатерина Александровна взяла инициативу в свои руки – начала рассказывать, не дожидаясь вопроса:
-   Половину покупателей, даже две трети знаю в лицо, это местные – постоянно у нас закупаются. Пару месяцев назад в автобусе мужчина стоит около меня и мучительно смотрит. «Не можете вспомнить, откуда меня знаете?» - говорю ему, мужик кивает, - «Я -  кассирша из супермаркета». Мужчина кивнул, сказал мне, - «Добрый день». На улице одиннадцать часов вечера, я со смены домой еду, а он мне, - «Добрый день», это нормально?!
Я автоматически кивнул, быстро обдумал сказанное и пожал плечами.
Екатерина Александровна  продолжила:
-   Я мужика этого хорошо помню, постоянно ходит к нам со своим пакетом – экономит. Теперь в магазине здоровается со мной, иногда спрашивает, как самочувствие. Глядишь, наберется храбрости – замуж возьмет!
Последняя мысль очень понравилась Екатерине Александровне, и она расхохоталась, как истинная русская женщина – не скрывая эмоций…